Портрет Анны Идельсон - Russian impressionism museum

Портрет Анны Идельсон, 1913

Вардгес Суренянц

138X44.7

    Национальная галерея Армении, Ереван

«Искусство Вардгеса Суренянца – подлинная жемчужина армянской культуры» – говорил Мартирос Сарьян, добавляя: «В лучших его произведениях отчетливо бьется сердце Армении». Любовь Вардгеса Суренянца к прошлому родины возникла уже в детстве: общение с отцом – священником и учителем истории религии – пробудили интерес Суренянца к богатейшей истории Армении.

Художественное образование он сперва получил в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, а продолжил обучение в Мюнхенской академии художеств.

Суренянц много путешествовал и по Европе, и по Армении, где писал множество этюдов. Но интерес Суренянца к своей родине не исчерпывался восхищением её живописной природой: он слыл знатоком средневековой армянской миниатюры и архитектуры, много работал над копированием фресок Эчмиадзинского кафедрального собора.

Впрочем, сам Суренянц считал себя представителем мировой культуры. Полиглот и известный переводчик, он на персидском декламировал Хафиза и Омара Хайяма, переводил с английского Шекспира и Уайльда, читал доклады на итальянском, писал предисловия к немецким книгам.

Творческое наследие Вардгеса Суренянца разнообразно: еще в Мюнхенской академии художеств он публиковал карикатуры в местном журнале, иллюстрировал Пушкина и армянские сказки, как театральный художник сотрудничал с Мариинским театром, в конце жизни расписал церковь в Ялте.

Портрет Анны Григорьевны Идельсон был написан за 4 сеанса и появился на выставке передвижников весной 1913 года, а потом был показан в Берлине. Модель вспоминала беседы с художником о старых мастерах — да Винчи, Рафаэле, Микеланджело, Веласкесе, Гойе, Ван-Дейке… Образ героини полотна составляется из потоков небольших раздельных, словно вибрирующих мазков. Суренянц по-своему трактует приемы пуантилизма, рассеивая контуры фигуры модели, растворяя черты её лица.

Суренянц один из первых привнес в национальную живопись влияние модерна, обогатив его эстетику особым восточным колоритом. А в пейзажах и жанровых сценах мастер не обошел и живописных приемов импрессионизма.  Илья Репин признавался: «Сколько мне кажется, нельзя отыскать лучшего основателя местной школы, как Суренянц».